• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: творячество (список заголовков)
20:51 

И сканер воскрес!

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Новые арты.
И тот самый закат.

@музыка: Шумит город

@настроение: Спокойно

@темы: Творячество, психодел, птицы

18:22 

Почему-то.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Нарисовалось еще кое-что.
Я не знаю откуда берутся в голове такие вот образы. просто только что задумалась. Откуда?
Последнее время склоняюсь к тому, что образы эти имеют не совсем внутренее происхождение.

@музыка: Сплин

@настроение: Пузо болит

@темы: Сказки, Творячество, Фури

22:02 

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Лето так толком и не сбылось, истекают последние дни...
Захотелось представить как бы это было... Поулчилось немного не наше, нездешнее лето.
Заодно это идет на конкурс для сайта Русфуренции 2009.

@музыка: Тема из к/ф "Гладиатор".

@настроение: Левонаправленное

@темы: Сказки, Творячество, Фури

00:21 

Из болкнота.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.

@музыка: Странная

@настроение: Переменное

@темы: Нафиг темы!!!, Творячество, Фури, блокнот

21:37 

Еще персонажики.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Ветер - живучий песонаж, со мноу где-то с класса восьмого. только сейчас нарисовался в приличном качестве.
Некая готичекая леди. Тощая потому что вамп.

@музыка: Sigur ros

@настроение: <tityjt

@темы: Творячество, Фури

17:19 

Расскажи мне сказку...

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Темный осенний вечер с влажными огнями за окном. В комнате холодно, темно, только на столе лампа больным желтоватым светом вычерчивает два нечетких кружка по столешнице и по потолку. На потолке — более размыт, с обглоданными мохнатыми краями, подрагивает, когда под окном проезжает трамвай. Почему-то грохот, производимый разболтанным вагоном, не слышен, а вот как на потолке дрожит осколок света видно... От этого в гулком помещении старого дома становится как-то не жило, особенно стыло. В углах клубится мрак, запутавшийся в ветхой лепнине, когда дожит свет, он тоже колышется как желе. Временами, даже едва заметно, маслянисто поблескивает.
Две чашки стремительно остывающего черного чая. Над чаем вьются вязкие ленивые язычки пара. Хотя движения воздуха нет, пар колышется под действием неведомых сил. Она чашка в чешуйчатых руках, другая на столе, на границе света и тени. Чешуя розовато-золотистая, полупрозрачная, временами слоится — жизнь в сыром климате не совсем то для потомка жителей перегретых солнцем склонов. Да, и слякотная темень не способствует хорошему настроению.
- Говорят, ты отчаливаешь на юг, — обладатель второй чашки, к которой он так и не прикоснулся, распрямился на скрипучем стуле, положил локти на стол. Лампа осветила его руки до середины предплечий. Руки-лапы в серо-коричневой ровной шерсти, с темными матовыми подушечками и тупыми когтями, чье наличие выдавало в сидящем существо псовых кровей.
- Завтра, — после паузы ответила чешуйчатая. Она с ногами сидит на невероятно обширном подоконнике.
- А что там? — канид водил пальцами по безжизненны квадратикам клавиатуры. В этот вечер он решил не включать компьютер. Он задал этот вопрос только потому что не хотел снова увязнуть в липом тягучем молчании.
- Там... — она никогда не думала ЧТО там. Но надо было все объединить одним словом. — Там сказка...
- С тех пор как я повстречал тебя, я все время чую как от тебя веет разогретым камнем... Даже сейчас, — он не двигается, если бы не подрагивание ушей, можно было бы его счесть статуей, — Юг большой. Куда ты конкретно...
- Я хочу побывать везде. Это не трудно, когда можно лететь, — у нее большие кожистые суставчатые крылья. Они слишком тяжелые чтобы носить их сложенными за спиной, поэтому она окутывает ими плечи как плащом.
- Как обычно, — он берет в ладони полуостывшую чашку, отхлебывает. Чай хороший, какой-то восточный, но пахнущий по-осеннему медом и палой листвой. Крупные листья тяжелыми тенями колышутся у дна. — Говоришь, там сказка? Расскажи мне эту сказку.
Она смотрит на него, глаза в темноте тлеют тёпло. Полумрак не способен полностью скрыть выражение его морды. Каждый год осенью она улетала, и каждый год был такой вечер без света и сна с остывшим чаем и неименной слякотью за окном. И каждый раз он хочет ее удержать, а она хочет остаться, но летает раз за разом. Иначе было бы только хуже.
- Сказку... — тихо тянет она, словно пробует каждый звук на язык, катает кружку в ладонях, — Наверно это зеленая и желтая сказка. В ней много солнца, солнечных бликов сквозь зеленую листву. Там восход и закат стремителен, а звезды отражаются в песке. Земля словно пропитана жизнью, она течет там отовсюду.
- Сказка... — протягивает он, колышет чайные листья в темной глубине. Чай остыл окончательно, — Хотел бы я посмотреть. Но не выйдет. Я устроен слишком по-северному.
- Север тоже не плохо, — она жмурится, вспоминая короткое лето, — Карелия... Природа здесь тоже старается изо всех сил.
- Но не всегда у нее получается, — он глухо рассмеялся, коротко и не громко. Наверно в первый раз за все эти вечера. — Хорошо когда есть выбор... крылья... Крылья это выбор.
- Может быть. Я не могу выбирать, лететь мне или нет. Ты же знаешь, — она поводила плечами, — Порой они мешают.
- Ты бы хотела что-нибудь изменить? — спросил он, и пальцы вокруг чашки сжались так, что ручка хрустнула, скособочилась, отскочила. Этот вопрос он всегда хотел задать именно так, в такой вечер.
Драконесса мягко светила зрачками из-под полуопущенных век.
- Иногда всем этого хочется. Некоторым хочется чаще, некоторым реже, — она соскользнула с подоконника, оставив чашку, подошла к нему сзади, шурша крыльями, словно складками старинной одежды, положила руки к нему на плечи, наклонила голову к его уху. — Я пробуду здесь еще до утра. С тобой, — заговорила она едва слышно, почти одними губами, — Жизнь сама по себе сказка. Каждая жизнь отдельная сказка, и мы рассказываем эти сказки друг другу. Просто не все это могут заметить, начинают относиться к этому слишком серьезно и гибнут. Утро еще не скоро и я расскажу тебе такую сказку какой ты еще не слышал, — ее руки заскользили о шерсти на его груди, — Погаси лампу.

@музыка: Roxette "Ballads on espaniol"

@настроение: осеннее

@темы: Сказки, Творячество, Фури, осень

17:24 

Рисую знакомых персонажей.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
22:46 

Йифф чтоли...

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
22:22 

Эротика однако...

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.

@музыка: Сестра играет на гитаре

@настроение: приличное

@темы: Творячество, Фури, дракон

22:29 

Плоды товрчества.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Что есть на сегодняшний день.
Ловлю себя на мысли, что рисую в последнее время маловато...

@музыка: характерная

@настроение: дурное

@темы: осеннее, Фури, Творячество

03:11 

Остров дерева.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Наконец звялась приводить в порядок свои многочисленные рукописи. Такое вот рабочее название.

Вместо пролога.

Как все получилось? Ну, как все это получилось-то, я знаю. Как это описать? Вот проблема. Я бросила ручку на стол, покатившись, она стукнулась об основание письменного набора,остановилась, покачиваясь. Я всегда подозревала, что однажды встанет передо мной проблема написания мемуаров, но что-то никак не думала, что начать это так непросто.
Откинувшись на спинку стула и заставив его встать "на дыбы", я начала раскачиваться. Стул недовольно поскрипывал, сочленения в его неновом деревянном теле рассохлись, что грозило мне падением, не сейчас, когда-нибудь потом, может завтра...
Как все случилось? Заложив верхние конечности заголову, локти сошлись домиком над головой, я продолжала мучить стул и свой поношенный мозг.
А началось все довольно просто. С моего прибытия. С прибытия меня на остров в образе содержимого большой бочки из-под соленых морепродуктов. Так что на берег я не сошла, в полном смысле этого слова, меня выкатили по трапу вместе с моими просоленными соседями. Да, я сбежала из дома. И это случилось благодаря свойственной любому подростку жажде приключений. Ну, приключилась по полной. Потом меня откупорила, и естественно прогнали. Воняющий потрохами морских обитателей, тощий подросток-драконид еще без каких-либо выраженных половых признаков не привлекал никакого внимания. Посему я безнаказанно ошивалась в порту, ночевала в грудах ящиков шугала по утрам морских птиц и прочих летунов помойного свойства. Там я впервые стянула, сейчас уже трудно вспомнить что это было, скорее всего что-то съестное, первоочередной задачей было добыть пищу. Местная бригада нищих не обращала на меня внимания, это сейчас я знаю, что не трогали они меня потому, что не могла я им составить конкуренцию и выглядела в общем не жильцом, тогда я полагала это само собой разумеющемся обстоятельством. Кстати, передвигалась я тогда на всех четырех лапах и не считала это каким-то серьезным упущением, не говорила, да и не имела какого-либо устройства в мозгах, которое с чистой совестью можно было назвать разумом, дома мне просто еще не полагалось иметь его, а тут он мне был не особо нужен. достаточно было кормиться как бродячий пес, дышать подвижным и упругим морским воздухом и пребывать в полном безумии от осознания, что со мной происходит "приключение", на это мне мозга хватало, а дальше уж было не мое дело.
"Не мое дело" продолжалось пока однажды меня не выдернули за шкирку из старательно обжитой мною норки, подняли над землей и не тряхнули. Просто Арва искал себе помощников, а нашел меня, причем там, где совершенно не собирался искать. Действительно, какой идиот будет искать подмастерьев среди искореженных остовов лодок и разломанных ящиков. Но находку он свою не стал сразу же бросать как явно неподходящую, а наоборот принес в свой дом, отмыл, отчистил, и под слоем грязи обнаружилось существо, которое волне подошло бы на роль помощника, правда, не проявляющее никаких признаков разумности. Но накормив он оставил меня у себя, время шло и, однажды, разум все-таки проявил себя, как водится у всех представителей моего племени, именно "однажды". Просто мозг наш так устроен что в начале жизни он копит всю информацию внутри, укладывая ее в строго определенном порядке, который у каждого индивида свой, а потом, накопив критическую массу включает обратную связь, что приводит к проявлению разума. Все радуются.
Вот собственно и все что смогла сохранить моя ветреная память о том времени. я еще раз взглянула на чистый лист полупрозрачной желтоватой бумаги.
А как писать? Писать везде злополучную букву "я"? Но то, что я собиралась писать собственно и не про меня. Той меня уже давно нет, годы-то прошли, наше зеленоватое светило делало обороты вокруг планеты и голубое не отставало. так что на сегодняшний день мне уже пара сотен будет, если считать по зеленому солнцу, а по голубому - все три. По красному никто не считает, потому что оно маленькое и почти не светит, наверно оно вообще не нужно, но оно есть на небе, так что пусть будет. В итоге получается, что рассказ будет не про меня как таковую, а про некое существо, которым я была. Удобней всего будет писать от третьего лица.
Итак, в тот же год, когда приобрела способность сообщать миру о своих мыслях и желаниях цивилизованным методом, мне дано было имя. Имя Тара многое говорило обо мне и вызывало приступы веселья везде, где мне приходилось его называть. Посему мне было во благо, когда ко мне привязалось прозвище Наваха за любовь к ножам этой системы. Вскоре я обзавелась двумя такими, и они неплохо прижились у меня, по полметра каждый в сложенном состоянии. Надо сказать, что пока я училась общаться с ними, я как-то поступила на работу в портовую стражу и прекрасно там себя чувствовала, проверяя документы и прочую бумажную рухлядь у приезжих. А Арве снова пришлось искать помощника….
Примерно на этом месте начинается время, о котором собиралась писать пресловутые мемуары. Но мемуаров у меня не выйдет, коли я собираюсь писать не о себе, выйдет рассказ, сказка или повесть это зависит от размера того, что выйдет и от того насколько неправдоподобным будет оно выглядеть.

@темы: Творячество, Остров Дерева

18:42 

Остров Дерева.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Что на данный момент не стыдно показать.


-Утро! Утро! - жрец-будитель пролетел над самой крышей, громко хлопая крыльями. Ловко лавируя между взлетающей в воздух разного рода утварью, он делал традиционный облет и уворачиваться, от летающих вокруг "подарков" от неудачно разбуженных граждан, ему было привычно.
Не желая отставать, Тара высунулась в окошко, метнула в большую потрепанную птицу то, что подвернулось под руку. Подвернулась маленькая декоративная бутылочка коричневого стекла, которая, едва долетев до кончиков маховых перьев, описала дугу и рухнула куда-то в глубь улицы, где и разбилась, истерично звякнув на последок. Если получается попасть в жреца, то день можно считать удачным. Это тоже традиция. Получается, у Тары день будет почти удачным, совсем чуть-чуть до удачи настоящей не дотянет. Ну, вторая попытка, как часто бывает в жизни, не полагается, поэтому надо было делать дела дальше. Расправив со звоном крылья, драконида старательно потрясла ими, на кончике каждого пальца-распорки ее кожистых крыльев было прикреплено по чеканному наконечнику, к каждому из них на тонкой цепочке крепились по бубенчику. Так на острове отмечали крылатых и просто летучих существ, почему так Тара никогда не задумывалась, зачем это затеяно, но считала это не совсем удобным. Они постоянно звенели и терялись, вот и сейчас один блестящий золотистый шарик остался лежать на досках лежанки, а другой упал на пол, покатился куда-то в угол. Она одним прыжком догнала беглеца и водворила на место, той же участи удостоился и второй бубенчик. Потом взгляд дракониды упал на заветный гвоздик, торчащий из стены, он был пуст, чуть не испугавшись, Тара вспомнила, что две любимые навахи торчат из-за пояса, как ни в чем, ни бывало. Кроме того она не сняла ни длинной кожаной юбки с несколькими разрезами, чтобы не сковывать движений, и короткой, практически символичной кожаной же кирасы с несколькими металлическими вставками. Тара допускала возможность, что пошла она туда работать, чтобы носить эту униформу, и нравилась ей эта униформа так, что поначалу она готова была спать в ней. Но не на столько же все буквально надо было понимать ее желание, тем более по истечению двух лет после поступления, когда все страсти, в общем-то, поулеглись.
Да, вчера вечером она неглядя завалилась спать, в чем была, трудный выдался день. Была небольшая, но выматывающая облава. Сбежали пара хлургов, рыжий и черный, прямо из клеток в порту, когда проходила разгрузка одного торгового судна. Пока туда-сюда звери, распугав половину порта, а вторую загнав на ящики, рванули в панике куда глаза глядят. искали их долго, но в итоге нашли на заднем дворе одной таверны, гордые дети степей банально рылись в банальной помойке кухни. Портовая Служба Досмотра и Учета веселилась от души, хозяин зверей рыдал, сами звери облизывались, хозяин таверны так ничего и не заметил. День закончился весьма поздно. Но вчера Тара промахнулась мимо будителя почти на метр.
Поправив пояс, драконида нырнула в проем , ведущий на лестницу на первый этаж. Там уже пылал очаг, служащий и горном, и кухонной плитой. Из-за перегородки, разделяющей очаг на две половины, доносился стук молоточка, Арва уже был в работе. надо же ему обязательно вставать раньше всех, а потом вторую половину дня маяться. Даже если возиться с каждым заказом самым тщательным образом. Поставив на огонь медный чайник с, настоявшимся за ночь отваром из трав, росших далеко за горизонтом и дарящих бодрость, которой так иногда не хватает по утрам, она заглянула за перегородку. Драконид сидел к ней спиной и увлеченно выправлял брошку розового металла, однако он прекрасно слышал шевеление и знал все, что происходит на кухонной половине.
-Откроешь лавку? - не глядя вместо "доброго утра" сказал он.
-Чай пить будешь?- спросила Тара.
-Буду. Сегодня опять в порт?
-Да. Надеюсь, что будет без приключений, - драконида попыталась пожать плечами, одновременно поднимая большой дощатый щит, который в таком положении становился навесом. Напротив открылось крошечное кафе с точно таким же навесом, под ним уместились несоколько скамеек, те кто заходил не нуждались в столах.
-У вас не бывает без приключений. Каждый вечер в "Ядовитом кусте" свежие байки травите. Не выдумываете же вы все.
-Ну, что-то приходится додумывать, чтобы картина полней и красочней была,- не выдержав, Тара улыбнулась, припомнив что травили в таверне не вполне трезвые зубры. Почти всегда уши вяли от их баек и густого хрипловатого хохота. Но ребята хорошо работали и любили их за это, а не за то насколько правдоподобны будут их байки, потому и терпели.
Таверна "Ядовитый куст" вообще прослыла как место сборищ служащих портовых служб, но жители близлежащих домов были вполне довольны, не смотря на шум и частый и немного навязчивый аттракцион с разнообразной программой.Куда могли включены номера из самого экзотического цирка, конечно, в исполнении гуляющих. Но по большому счету они ничего особо не портили и не пугали никого до икоты, за то на два квартала во все стороны от таверны преступность сводилась к нулю.
-Сегодня утро голубое,- заметила Тара, раздвигая подпорки.
Улица была залита бело-голубым светом того солнца, которое успело подняться раньше, лучи шли почти горизонтально, от чего все казалось особенно выпуклым и четким, ярким, будто, новым. Вдохнув воздух полной грудью, драконида отметила, что в заведении напротив уже что-то пекут. Через минуту она уже возвращалась с небольшим пергаментным свертком.
-Завтрак, - прокомментировала она, выкладывая его содержимое на кухонный стол.
-От Маури, - Арва уже оторвался от работы и был рядом, - У нее всегда получаются отличные булочки, особенно с утра... - едва договорив, драконид схватил одну и отправил в пасть. - Чудесно.
-Ладно. Оставляю тебя наедине с этими аппетитностями, - завернув свою долю в тот же пергамент, она вышла и пошла по извилистой, петляющей и, уже наводненной самыми разнообразными существами, улице вниз, к морю, а значит в порт. Там еще более шумно. По большому счету тихо там никогда не бывало, ночная жизнь сменяла дневную. Тот же спектакль игрался другими актерами.
-О! Наваха опять вовремя, - на стопке ящиков сидела большая белая птица, Черными были только маховые перья, хвост и замысловато изогнутые бровки - родовой признак, ее тело и крылья были приспособлены к длительным полетам над водными гладями. - Ты хоть раз опоздала? Я не помню.
-Это было год назад примерно. Туманно было, я заблудилась в районе верфей, - дракониде пришлось задрать голову, верхний ящик доставал ей до макушки, а птица возвышалась над ним еще на метр.
-Это же чудесно. Чудесненько...,- птица переминалась на перепончатых лапах и косилась на сверток подмышкой у Тары, наконец, неутерпела - Пирожки?
-Булочки с травами, от Маури.
-Это хорошо...
-Чудесно, - рассмеялась драконида, сунув птице в услужливо раскрытый клюв еще теплую булку.
Надо было бежать дальше, до Служебного Дома, чтобы зафиксировать свой приход.
В длинном, занимающем половину первого этажа, коридоре дома было тихо, кроме, уныло сидящего в углу на стуле, пожилого ослика никого не было. Очки в тонкой металлической оправе медленно сползали по длинной морде. Тара остановилась, чтобы поправить очки, ослик только всхрапнул, но не проснулся. Он частенько здесь сиживал и его никто не трогал, говорят, что он был кем-то крутым в свое время. То ли командиром стражи, то ли вольным стрелком на службе острова. Но время прошло и теперь он сидит здесь и дремлет, коротая последние годки. Прочитав надпись на ближайшей двери, драконида еще раз посмотрела на него. На табличке значилось: «Начальник стражи".
Задержавшись по дороге у доски с несколькими десятками гвоздиками, на каждом из которых висели котяные таблички, перевенула одну со своим именем - отметилась.
Следующую дверь Тара открыла и вошла. Гайара Железная Лапа сидела за своим тяжеловесным обширным столом, столешница которого казалась пустыней, на ней как всегда царила пустота, не смотря на огромное количество бумаг и прочих носителей информации, проходящих через него. Письменный прибор только подчеркивал эту пустынность. Гайара была драконидой от рода огненных драконов, все ее тело исчерчивали извилистые тонкие красные полосы по оранжево охристому фону, сходящие на нет только в районе брюха и подошв лап. Гривы у нее не было, только костистый гребень из широких шипов и большие рога, говорящие о ее солидном возрасте. Сколько ей лет точно не знал никто, многие говорят, что Гайара была всегда, как и остров. Но сколько бы ей лет ни было, форма у дракониды была прекрасная, взгляд ясный и холодно-колкий, а выправка гвардейцев времен Последней Войны. Кстати, кто-то говорил, что ей случилось поучаствовать в Войне. Однако, несмотря на все достоинства, госпожа Железная Лапа не заметила вошедшую, или умело притворилась... Так или иначе Таре пришлось учтиво откашляться, чтобы ее заметили.
-Что в бумаге? - спросила Гайара, мельком окинув ее взглядом.
"Да, что всем сдался этот сверток?» - подумала Тара. Наверно Маури кладет что-то в тесто, что заставляет всех замечать именно булочки, даже несущий их становится существом второстепенным. Хотя по отношению к Железной Лапе об этом с точностью сказать нельзя, сама она существо волшебное. Поэтому как знать.
-Булочки.
-Ну, жуй, - милостиво разрешила начальница, - Работы пока нет.
Выйдя в общий зал через вторую дверь, Тара села на свое место, положив перед собой сверток. Поглядела на него и отодвинула. В ящике стола лежала недорисованная картинка, позавчера захотелось зарисовать незнакомых птиц, усевшихся на перила на пассажирском участке пирсов. Небольшие с длинными тонкими хвостиками и клювиками, они сидели рядком и о чем-то тоненько переговаривались, но стоило сделать неосторожное движение, как они вспорхнули. А рисунок остался неоконченным. Так в столе валялись десятки карандашных зарисовок на разные темы, большинство из них было брошено в тот момент, когда из виду исчезала натура. Потом по мере накопления рисунки складывались в специальную корзину и выносились вместе с остальным мусором.
Кроме Тары в зале были еще пара существ какой-то гибрид из семейства псовых и безрогий козел(шлем с витыми кованными рогами лежал рядом с ним на столе). Они резались в карты на интерес. В самой игре не было ничего интересного, Тара не могла понять что же там привлекает столь многих, но сами карты были необычными. Они вырезаны на токних дощечках зеленого дерева, а рубашки сделаны из наклееных на дерево лоскутков от одного полотна, так что по краям карты лохматились как бабушкин плед. Козла звали Йорик, большой и длинношерстный, почти белый, уроженец северных гор, как его занесло в мягкий морской край знал только он сам. Из-за климата у него были постоянные проблемы с его роскошной шубой, но постоянный уход неплохо спасал. прибыл он на остров с семейством, поэтому следить за его шерстью было кому. Второй - по метрике волкособ, на деле шут знает кто. Серо-пегий поджарый зверь с нешибко пушистым хвостом колечком похоже проигрывал. Но делал это вяло, скучно зевая.
-Наваха, - бесцветным голосом позвал Йорик.
-А? - машинально отозвалась она.
-Какого цвета сегодня небо?
-Сиреневого. Голубое солнце взошло.
-Значит еще один календарь можно выкинуть в помойку. Никто еще не сделал достаточно долговечного календаря. Только и знаем, что у нас три времени года:"Дерево цветет","Дерево плодоносит", "Дерево отдыхает"- козел положил карты на стол рубашкой вверх и достал трубку. Половина жителей острова курили, естественно, привозное дымное зелье. То, что зелье чадит и жутко воняет, курильщиков не интересовало.
Тара не курила, но и не имела ничего против вязкого зеленоватого дыма из трубок. Наоборот, она всячески тянулась к любым дымящим, горящим, тлеющим и полыхающим вещам этого мира, потому как была существом огненной природы и прекрасно могла при желании исторгнуть язык-другой пламени. Конечно, толком никто не знал какой она породы, но все сошлись на том, что в ее роду были дракониды от рода медных драконов... Но у медных драконид не было крыльев. Ну, мало ли кто еще был в ее роду, теперь уж не понять.
Раскурив трубку, козел откинулся на спинку стула, взял карты, расположив их в лапе веером, поглядел на них и положил обратно.
-Надоело.
Волкособ с жаром покивал, разгоняя вокруг себя клубы дыма. Вот уж кому запах был невыносим.
-На воздух, - прохрипел он в перерыве между приступами удушья.
-Никогда не играй с ним, Дан, - фыркнула в кулак Тара, - Йорик всегда курит свою дрянь, когда проигрывает. И тогда все разбегаются. - Она встала и пересела поближе к ним, прямо на ближайший стол.
Сам Дан уже сдал позиции, положил на стол свои карты, просто потому что не мог на них смотреть - слезились глаза, текло из носа, в горле стало чудовищно шершаво. Несчастный уже было вскочил чтобы выскочить туда, где нет этого чудовищного дыма.
Но тут с треском распахнулась дверь, ведущая в кабинет начальства. На пороге возвышалась Гайара во всем своем великолепии, с посохом старшины участка порта.
-Есть, кто живой? - спросила она, всем показалось, будто она крикнула в бездонный колодец и уже не ждала услышать ответ, хотя тон был вполне спокоен.
Каждый тут же представил себя на месте того, от кого этого ответа не ждали. Козел не глядя выпустил клуб дыма в морду Дану, волкособ, на время прекративший отмахиваться, прямо-таки захлебнулся. Тара же просто соскочила со стола, потому что Железная Лапа не любила особей сидящих на столах и жестоко их карала.
-Разгрузка торгового судна, - тем же тоном продолжила Гайара, - Штатная проверка груза.
Надо ли говорить какое облегчение все испытали.
-Тара, будешь искать контрабанду.
Тара не успела спросить, какую еще контрабанду ей надо искать и с какой это стати ей вообще быть, этой контрабанде, как получила пачку документации, на которой содержалась информация что должно и чего не должно быть на судне. Чего не должно быть драконида знала и так, а что должно быть решила разобраться на месте. Не в первой. Так что, не теряя времени даром, она одним прыжком оказалась у летка для почтовых птиц. Летки в Служебном Доме сделаны из расчета на оживленную работу птиц, поэтому Таре даже не пришлось протискиваться. Она просто вышла, спокойно прыгнула с карниза и нырнула в воздушные потоки. К свисту воздуха и хлопанью крыльев добавлялся еще мелодичный звон бубенцов.
Судно оказалось шосским. Стало понятно, почему Железная Лапа говорила о контрабанде. Владельцы, капитаны и простые члены команды считали почему-то за честь и доблесть провезти что-то "под полой". Пришвартовано оно было на краю паутинного лабиринта мостков и пирсов, в секторе для судов с самой низкой осадкой, дальше некуда. Не так уж мало видела Тара кораблей, как-никак в портовом городе живет, причем самых замысловатых, шосских в том числе. Уж на что падкими, на необычные решения были шосские мастера, но этот корабль произвел на Тару такое впечатление, как будто был первым в ее жизни. Основу его составлял остов туманного кита, которые способны плавать не только в воде как обычные их собратья, но и подниматься в туман, словно гигантские призраки, растопырив прозрачные плавники, росшие у них по бокам как раз для таких случаев. Живого туманного кита Тара видела только один раз, тогда был необычно густой туман так, что протянутой вперед лапы не было видно, и вдруг эта длинная тень, он проплыл между кроной Дерева и крышами домов. Тара влезла на крышу и провожала его взглядом, пока он не растворился в молочной дымке. А тут вот так, и никакой мистики, просто рациональное использование полезного сырья. Хребет кита стал килем корабля, а ребра держали борта и выступали над ними на метр-полтора. Между концами ребер были натянуты многочисленные веревочки, на которые по ночам вешают фонари, сейчас же их место занимали ленты, бусы и прочая мишура того же свойства, и это все с шуршанием и перестуком развевалось на ветру. Нос корабля был сделан, точнее он полностью состоял из черепа загадочного чудовища, его рыло нависало над хрупкими мостками и словно грозило им своими челюстями, расписанными разного рода письменами, переплетенными в замысловатый узор, такой же мотив повторялся по всей видимой поверхности костей.
Осматривая все это великолепие, Тара почти забыла, что надо бы приземляться. Она со стуком спрыгнула на деревянный настил и пошла вдоль борта, помахивая планшетом с бумагами. На борту корабля легко мог бы уместиться небольшой город, если его расположить в несколько ярусов. Кое где над палубой поднимались тонкие дымки, что добавляло ему сходство с населенным местом. Из отверстий в верхней трети борта спустили три узких суставчатых трапа, пешеходных. Разгрузку еще не начинали.
Проходя мимо первого трапа Тара ощутила как по всем четырем лопаткам пробежал холодок, как будто кто-то смотрел ей в спину нехорошим взглядом. Драконида начала украдкой посматривать на прохожих, а чувство все усиливалось и уже начинало давить. Еще добавилось ощущение, что этот корабль для нее одной это слишком. Сколько там трюмов? Ее личный рекорд пять трюмов. Но тот корабль был в два, а то и в два с половиной раза меньше этого.
Пока Тара созерцала все это великолепие, с корабля начали сходить пассажиры. Синие, золотистые, красные, пестрые, радужные перья. Их обладатели как будто были облачены в длинные одежды, у большинства концы перьев доставали до досок настила, с немыслимо широкими рукавами - крыльями. Над головами покачивались немыслимых форм хохлы, вокруг глаз и на щеках знаки принадлежности, которые при умелом прочтении могут рассказать о своем обладателе гораздо больше, чем стандартный паспорт. В основном спускались представители средних слоев и вельможи невысокого ранга. Они не отходили далеко, собирались группками, о чем-то говорили. Конечно, приземление Тары не было не замечено, на нее презрительно и
неодобрительно косились, не смотря, что большинство жителей Шоссийского архипелага из рода птиц, летать у них считалось дурным тоном. Летали только дикари, крестьяне и представители служб, которым просто необходимо перемещаться с максимальной скоростью. Вот такие ребята и расположились на борту, охрана.
А ощущение не пропадало.
- Посмотри на них, - раздался за спиной у Тары голос, заставивший ее гриву встать колом даже на хвосте, - Наверняка у каждого третьего... или даже второго в перьях запрятано что-то особенно запрещенное.
Драконида обернулась и обнаружила за спиной Гайару собственной персоной. Так как в силу своей летучести Тара имела рост немного ниже среднего, ей пришлось задрать голову, так что получилось довольно эффектно: она сначала ткнулась начальнице в грудь, потом медленно подняла голову, написав на морде искреннее удивление. Тон у Железной лапы был вполне обычен, то есть можно было счесть, что всех подозреваемых вздернут тут же.
И как это Тара могла подумать, что на такой большой корабль ее бросят одну? Госпожа Железная Лапа старалась не пропускать такого рода интересности.
- Давай-ка сюда бумажки, - неглядя протянула лапу Гайара. Она рассматривала борт судна и тех, кто на нем сидел, - А ты сгоняй за парой туагу. - Потом добавила уже для себя, - Уж слишком много тут охраны...
Под неприязненными взглядами птиц Тара сначала подпрыгнула, не расправляя крыльев, второй раз прыжокбыл мощнее, натренированные на это нижние лапы подбрсили мерта на три, там она расправила крыльяи, несколько раз хлопнув ими, скользнула по воздушному потоку в сторону берега. Краем глаза драконида заметила как на нее смотрят шоссийские охранники, она никому бы не пожелала, чтобы на него так смортели.
Место, где содержали туагу представляло собой большой кирпичный ангар. Хоть он и находился в самом густозастроенном и входил фасадом прямо на Длинную набережную, рядом с ним был отгорожен приличный участок, чтобы звери могли позаниматься своими делами на свежем воздухе. Сами туагу или драконовы собаки в порту нужны были потому что были способны находить спрятанное не по запаху, спрятанный предмет может пахнуть как угодно, а по тому как от него веет тайной, то есть самой спрятанностью. Так что чем лучше спрячешь вещь, тем скорее ее находит туагу. Собственно драконовы собаки мало имеют отношения как к драконам так и к собакам. Внешне они напоминали помесь игуаны и добермана, почти безглазые, с покатыми гладкими мордами и чуткими ноздрями. Они жили в мире запахов биотоков и прочих подобных следов, которые могут быть оставлены живым организмом.
Под крышей было заметно прохладней, чем на улице, наступал день и воздух стремительно нагревался. Тара сложила крылья и вошла. Слева от входа на небольшом возвышении лежал большой зверь с темно-каштановой мелкочешуйчатой шкурой и игуановым гребнем на спине. Совершенно уникальный экземпляр, он представлял из себя чудесное промежуточное звено между не очень разумными туагу и разумными драконидами. Говорят его мать грешила со своим ручным псом, но точно никто не знал. Звали его просто Туагу, иногда добаляя прозвище - Большой Зверь. Изучив со всем возможным старанием и со всех сторон, сочли, что лучше всего его поставить над всей неразумной частью портовых служб, то есть начальником этого самого ангара.
- Доброго дня, - поздоровалась с ним драконида, - Мне нужны пара твоих ребят.
- Большой корабль? - тихо сказал Туагу. По другому говорить он просто не мог, срывался на невнятное мычаие и рев, получалось некрасиво.
- Больше чем ты думаешь.
- Тогда бери троих. Как раз есть нетерпеливые, - он поднялся, демонстрируя завидную мускулатуру и рост. Наверно из-за роста Туагу предпочитал передвигаться на всех четырех лапах, - Сейчас поглядим.
Они двинулись внутрь ангара. Когда-то все обширное пространство было разделено на сектора, так было удобнее содержать зверей, но с приходом Большого Зверя это все убрали. Теперь все поле было засыпано песком, везде разбросаны изгрызенные бревна, кости, жестяные миски. Не смотря на весь бардак звери стали выглядеть веселее и работать с тройным азартом. Надо ли говорить, что Туагу легко общался со своими подчиненными, так хорошо, что ворота, выходящие на набережную в хорошие дни стояли перегороженные только легким заборчиком. Звери подбегали к ним, но не тыкались мордами, они вообще не имели привычки лишний рз прикасаться к другим живым существам, просто топтались рядом, водили гладкими головами. Скоро вокруг образовалось небольшое столповорение.
- Добрый день, ребята. Есть работа, - проговорила Тара.
Туагу на минуту приподнялся на задние лапы, оглядел подчиненных.
- Вон тот, зеленоватый, - начал Большой Зверь, кивая в нужные стороны, - полосатый и кремовая с полосой вдоль хребта.
Имен звери не носили, но поняли о ком речь. В считанные минуты толпа рассосалась, остались нужные.
В их компании Тара и вышла на улицу. На шеях туагу были широкие кожаные ошейники и поводки, это скорее для спокойствия окружающих, потому что безопасности не гарантирует. Наверно понимая это, все расступались, разве что не падали с мостков. Звери тянули уверенно и, похоже, в нужную сторону. Так или иначе, они добрались. Грузовой трап был уже спущен.
Скорее всего, Гайара была уже внутри, и Тара пошла к трапу сквозь толпу птиц, которые, оценив новых посетителей, поспешили убраться с дороги. Заметно разволновавшиеся туагу потянули сильнее и почти влетели в грузовой отсек.
- О! Почти быстро, - откуда-то сверху послышался голос Гайары. Голос шел с высокой дощатой стены, которая на поверку оказалась стенкой очень большого ящика. - Начинайте там, по низу.
Как только были отстегнуты поводки, туагу сорвались с места и растворились в полумраке проходов между нагромождениями грузов. Тара же вспрыгнула туда, откуда слышала голос Железной Лапы. Счастье, что драконида допрыгнула только до кромки и, едва обретя равновесие, решила не шагать дальше. Потому что крышки у ящика не было.
- Шосские водяные овцы... - только и сказала Тара, глядя на колышущуюся внизу массу спин и вислоухих горбоносых голов.
Бурые твари на коротких массивных лапах. Шерсть, за которую их собственно и назвали овцами, росла у них на спинах и шеях полосой примерно в три ладони шириной, прямая и длинная. Не смотря на не очень привлекательный цвет, она ценилась довольно высоко. Присутствие овец в трюме было слегка странным обстоятельством, потому что жители Шоссийиских островов старались держать монополию на производство шерсти и не продавали животных за границу. Переселенцы?
- Похоже на то, - задумчиво проговорила Гайара.
Только тут Тара поняла, что высказала последнюю мысль в слух.
- Хотя в документах этого нет. Но это не столь важно, - драконида полистала бумаги, - Сколько тут по-твоему?
- Сотни две... Нет, двести сорок где-то, если все спины видно, - у Тары было свойство недурно прикидывать на глаз количество чего угодно, будь то россыпь розовых горных дынь или толпа у входа в Служебный дом.
- И таких загонов у нас четыре.
- Значит девятьсот двадцать голов, - немного помолчав, сказала Тара.
- По документам девятьсот семнадцать. Неплохо...
- Может не надо больше математики.
Госпожа Железная Лапа вздернула бровь, дескать, как это хватит, впереди еще много всего, что можно сосчитать. Это ж круто - считать.
- Я просто послежу за туагу, - с извинением в голосе проговорила Тара и слетела в проход.
Там уже были несколько угрюмых длинноклювых и длинноногих воинов. Уж они-то летать умели.
- Проблемы? - драконида изобразила на лице самую милую улыбку, на какую была способна.
- Нас волнуют ваши животные, - заговорил один из них, со знаками капитана под глазами. Чтобы говорить, ему не надо было открывать и закрывать клюв, было бы слишком трудоемко, вместо этого под горлом шевелилось некое кожистое образование, а через приоткрытый клюв только выходил звук. - Они свободно перемещаются по уровню.
- Если их не провоцировать, то опасности не будет, - парировала Тара с прежней дежурной
улыбкой, - Звери обучены не убивать, а искать. Ну, разве что они на ком-нибудь что-то учуют.
Тут из-за угла вывернул зеленый туагу, перед воинами он остановился, поводил мордой,
замерев не надолго, прислушиваясь к своим ощущениям, и потрусил куда-то дальше. Птицы крепились и старались не подавать вида, но было видно как побледнела кожа вокруг глаз у ближайшего.
- Ладно, хотите, можете ходить по палубам за нами, - махнула лапой драконида, - Этого я запретить не могу.
Птицы не захотели. Смутно Тара припоминала, что этот народ предпочитает себя называть "ворхуны".
Пожав плечами, она отправилась в глубь. Свернув в ближайший проход между одинаковыми стенками, из-за которых доносились низкие спокойные вздохи, похрустывание, шорох. Драконида прислушивалась к звукам, надо было в случае чего услышать сигнал туагу.
Становилось все темнее, темнее и темнее. Начало уже просыпаться ночное зрение, драконида начала придерживаться за стенку, которая вскоре кончилась, начались стопки ящиков, наверно достигавшие потолка. Неожиданно, словно ниоткуда перед ней выросла взъерошенная черная фигура и со всего маху налетела, Тара чуть не свалилась, спасло ее только то, что под рукой были ящики. Почти повиснув на них, драконида сохранила вертикальное положение. Ничуть не смутившись, существо прошествовало дальше, лишь слегка замедлив шаг, и вскоре скрылось из виду. Восстановив равновесие, Тара продолжила, было путь, но коготь левой нижней лапы поддел что-то. Предмет с шорохом и звоном отъехал. Немного пошарив, лапа снова нащупал это, наклонившись, она подняла. Нечто небольшое металлическое на ощупь, продолговатое, к нему была приделана тонкая цепочка, слишком короткая, наверно разорванная. Несомненно, это обронил тот спешивший, но догонять его смысла не было, посему Тара сунула штучку в кармашек на поясе. Будет искать, значит, найдет у нее, не будет - сувенир добавится в коллекцию на полках в мансарде Тары. Не успела драконида как следует застегнуть клапан кармана, как раздался истошный хрипловатый визг. Один зи драконовых псов нашел что-то интересное. Визжали недалеко, и Таре не пришлось долго бегать по проходам, стукаясь о тупики и углы.
У порушенной стопки длинных ящиков уже были двое туагу, Гайара и пара воинов птичьего племени. Один ящик раскрылся, являя окружающим свое нутро обитое светлой тканью. В целом ящик был похож на гроб, куда кладут людей, которых пришло время хоронить. Некоторые, правда, и спали в них, говоря, что набираются там каких-то таинственных сил, вроде как некоторые представители темного племени. Сами вампиры откровенно ржали, когда Тара однажды вечером в "Ядовитом кусте" упомянула об этом. Нет, это не было для них новостью, но веселье вызывать не переставало. Ни один уважающий себя вампир не станет спать в столь неудобном сооружении. Конечно, им иногда приходится закапываться в землю в профилактических целях, желательно в родную. И возят они ее в красивых ящиках, которые можно принять за дорогие гробы. Но спать в гробах! Фу! С горяча они обозвали таких людей "не-в-то-место-укушенные".
- Что вы на это скажете? - спросила Гайара, светя в полумраке оранжевыми зрачками.
Птицы же плохо видели в темноте, потому и принесли тусклые лампы, котрые больше мешали, чем помогали видеть.
- Мы не имеем сведений о грузе, который охраняем, - заговорил один, тот самый, что волновался из-за поведения туагу.
- По номерм ящики принадлежат некоему Цириди Хара, - продолжила Железная Лапа, - Тара...
Тара подобралась, как перед прыжком.
- Выйдешь, свистнешь стражу. И найдешь владельца.
Развернувшись на месте, крылатая драконида отправилась в ту сторону, где по ее представлению был выход. Капиан молча шагнул следом. Тара тут же замерла и обернулась. Гайара вопросительно взирала на него, внешне спокойная, она машинально поглаживала кожаный чехол на поясе, где лежала ее знаменитая железная перчатка. Никакого другого оружия она не признавала. Ворхун развер крыльями:
- Думаю, мне будет проще найти Хара. Ведь мы все вам кажемся одинаковыми.
Сочтя неподвихную сцену исчерпаной, Тара продолжила путь, отчетливо чувтвуя как в спину вдавливаются рукоядки сложенных ножей. Завидев, что сверху пробивается свет, она подрыгнула, зацепилась за верхний край стеллажа, подтянулась. Места наверху было гораздо больше, чем внизу, в проходах, к тому же было видно куда надо двигаться. Драконида снова прыгнула, прижав крылья к бокам, но стоило ей оттолкнуться от поверхности как что-то толкнуло ее в спину, сломало траэкторию прыжка, и они вместе ввалились в один из овечьих загонов. Животные шарахнулись во все стороны, наскакивая друг на друга, всхрапывая и подвывая. К частью приземление было достаточно удачным, чтобы сразу встать и развернуться. Развернулась и замерла, она увидела острый клюв в опасной близости от ее шеи, совсем близво блестели круглые птичьи глаза.
- Я нанят, чтобы защищать груз. И если и ним что-нибудь случится...
Засширенные зрачки Тары превратились в две черные дыры, поглощавшие даже тот скудный свет, который проникал сюда, полуприкрытые потяжелевшими веками. Где-то в грудной клетке дракониды проснулась и заворочалась серая склизкая пустота, вымарывая любые чувства. Так всегда получалось, когда случалось что-то в таком духе. Тело стало раслабленным, но не ватным и преобрело особый род чуткости, когда движения становятся плавными и точными. Скрывая движения локтей в складках крыльев, медленно Тара нащупала наболдашник на рукоядке одного из ножей и двумя пальцами вытянула его. Дальше все заняло несколько секунд. Потайной крючок выпустил на волю пружину, которая с сухим щелчком откинула широкое тридцатисаниметровое лезвие уже у самого брюха ворхуна, раздвинув перья, остановилось в считанных сантиметрах от бледной тонкой кожи. тару передернуло, стоило ей подумать о птичьей коже.

@темы: Остров Дерева, Творячество, Фури

23:54 

Happy Halloween.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
С прошедшим вас всех)))

@темы: halloween, Творячество, Фури

16:28 

Остров Дерева.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
По мере разбираемости выкладываю результат.


- За угрозу жизни служащему порта, - теперь пришла ее очередь диктовать условия, - может случиться много чего неприятного.
Как изменилось выражения глаз ворхуна передать словами почти невозможно, но если все же попытаться, то выйдет что-то вроде: "жизнь пролетела перед глазами" и прочее в таком духе.
Свободной лапой драконида отвела кончик клюва от своей шеи.
- Давай не будем создавать друг другу проблем, - успокаивающе проговорила Тара, на всякий случай, придерживая его клюв, - Я тоже занимаюсь безопасностью. С той разницей, что моя задача охранять порт и город... В ящике было что-то, что может сделать город небезопасным местом? Что это?
Не спеша, драконида начала разжимать пальцы. Молча, высвободив клюв, капитан выпрямился, но явственное ощущение близости холодного лезвия не давало ему принять ту спокойную позу, что была у него при первой их встрече.
- Возможно, прольется кровь, - мрачно сказал он.
- Что там было? - драконида аж подалась вперед, чуть не пропоров брюхо ворхуна. Но вовремя опомнилась и убрала наваху, сложив о бедро.
- Шайеннская кукла, - сказал птиц, - Остальное не здесь. Нужна другая обстановка.
Выбравшись из загона, ворхун отправился куда-то через весь трюм, Тара старалась не отставать. Потом была невероятной крутизны и длины лестница через все уровни. Капитан лез, цепляясь сгибами крыльев, где у всех ворхунов имеются по три пальца, оканчивающиеся небольшими прозрачными коготками. Наконец лестница кончилась, наверху было много неба, воздуха, света, потоки бриза охватили тело и позвали вверх, после пребывания в темном замкнутом трюме это было вдвойне приятно, и как Тара могла подумать, что ей нравятся такие помещения. На выступающих над бортами китовых ребрах уже расселись белые и серо-пестрые местные птицы, не сравнимо более мелкие, чем ворхуны. Однако, не смотря на их разгильдяйский вид, сидели они не просто так, мало какая птица в порту занимается только своими делами. Большинство пернатых жителей порта были средством связи. Завидев их, Тара решила выполнить хотя бы одно из заданий, то, что про стражу. Негромко свистнула. Белая морская птица, плавно плеская крыльями, спланировала на загодя подставленное предплечье.
- Ближайший наряд стражи к этому судну, - быстро проговорила драконида и подкинула чайку.
За всеми ее манипуляциями наблюдала не одна пара глаз, но никто ничего не стал делать, не поступило приказа.
- Зачем стража? - спросил он спокойно.
- На всякий случай, скорее всего. Ну, или конфискат разгружать, - легко пожала плечами Тара, - лишняя пара лап всегда пригодится. Такая уж у нас работа, никогда не знаешь что может случиться.
- Никто не может предугадать его действий.
- Так кого же его? - не стерпела драконида, - Слова "шайеннская кукла" ничего мне не говорят. Почему ее... его действий не предугадать?
- Это-то я и хочу объяснить.
- ну, так объясняй... - потом прищурилась, - Кстати, а почему мне? У меня вообще-то есть начальство, с такими вещами обычно к ней ходят.
- Ну, как тебе сказать... - ворхун на мгновения замялся, - У нее внешность слишком уж не располагающая.
- А тогда ясно. По сравнению с ней у любого внешность будет располагать только так.
- Ну, более-менее... - он оценивающе окинул дракониду взглядом, - Скорее более, чем менее.
- Правда? - она изобразила на лице удивление в максимально искреннем виде, - Надо этим пользоваться. В прочем, закончим об этом. К делу.
- Тогда идем.
Они обошли большую, возможно больше чем дом Арвы, палубную надстройку. За ней открылся совсем небольшой треугольник сколько-нибудь горизонтальной поверхности, дальше начинался массивный костяной затылок черепа. Таре ничего не стоило шагнуть под его свод, даже не пригибаясь, а отверстие, через которое когда-то проходил спинной мозг, было расширено и превращено в дверь.
- Сюда, - ворхун открыл эту невысокую округлую дверь, сработанную из золотистого дерева и испещренную мелкими узорами, и сделал приглашающий жест.
Немного на всякий случай пригнувшись, тара шагнула в терпкий густой мрак. Почти сразу у двери она установилась, силясь разглядеть обстановку. Пахло какими-то специями, табаком, чем-то кислым. Зайдя следом, капитан запалил фонарь, висевший сбоку от двери. Желтоватый тусклый свет разогнал по углам кривые дрожащие тени. Они забились в щели между небольшими сундучками, обитыми коваными кружевами, ящичками, стопками мешочков из вышитой ткани. Маленький склад для особо ценного груза. Здесь никогда не бывали служащие ни одного порта вселенной.
- Здесь наш разговор никто не услышит, - если бы ворхун мог улыбаться, в свете фонаря его улыбка показалась бы зловещей.
Тара огляделась. Ничего особенного здесь не было, просто один из многочисленных корабельных закутков, с той лишь разницей, что находился он в полости, где когда-то был мозг гигантского животного. Сев прямо на пол, более подходящего места здесь просто не было, она обернула хвост вокруг лап, устроила поудобней крылья, бубенцы неприязненно задребезжали, когда коснулись пола. К их мнению драконида никогда не прислушивалась, просто потому что им постоянно что-то не нравилось. Пусть себе бренчат. Немного повозившись, расчищая себе место, ворхун сел прямо под лампой, где ее жестяное донышко образовывало конус тени, на свету остались только колени и лапы до середины цевок. Только блестели его холодные желтоватые глаза.
- Начнем с того, - начала он тихим скрипучим голосом, - что Цириди Хара это я..., - движением крыла ворхун остановил порыв дракониды, - Не спеши. Груз записан на меня только до тех пор пока не дойдет до места назначения.
- А где это место?
- Золотые Ворота.
Тара не знала что это за место.
- что в ящиках я действительно не знал, - продолжил Хара, - Знал бы, никогда не согласился бы его сопровождать. А теперь... - он начал нервничать, но пока еще это было мало заметно, - Прошу простить мою выходку, потому как я в смятении.
Уже давно драконида не обижалась на вещи такого рода, то есть стала достаточно сильной, чтобы это проходило для нее без последствий, ну, а месть была просто не в ее вкусе. Столько разных характеров, воспитаний, обычаев, просто невозможно это все облечь в какие-то общие рамки, посему оставалось только быть терпимей, иначе пришлось бы перессориться или перерубить половину обитаемого мира только из-за противоречий в мировоззрении. И, в конце концов, загнуться от встречи с очередным оппонентом. Чушь! Посему она просто пожала плечами, дескать, ничего такого.
- Но я примерно представляю, что есть эта самая кукла, - продолжал тем временем ворхун, - Представь себе существо не чувствующее боли и страха. Ему почти невозможно нанести ущерб, потому что его тело сделано из особых сплавов и сердцевины дерева шеры. Тип исчезнувшей куклы телохранитель или убийца.
Отчетливо потянуло вниз кармашек на тарином поясе, тот самый, где лежала загадочная бирюлька, оброненная тем спешащим господином в трюме. нехорошая догадка появилась у дракониды, но что-то заставило ее промолчать и прижать карман ладонью.
-Так или иначе, существо опасное. Единственное, что может его заставить остановиться это поводок, тот амулет, что должен оставаться у владельца куклы, - Хара умолк, прикрыв глаза, потом снова распахнул их, - Но он тоже пропал!
- А как он выглядит? Этот поводок, - Тара искренне надеялась, что лампа дает недостаточно света, чтобы разглядеть, как дрожат ее пальцы, лежащие на поясе. Но ворхун слишком плохо видел в темноте и был погружен в свои мысли.
- Брелок из белого металла. Как будто стилизованные палочки для марионетки. Наверно теперь он у хозяина, это-то и плохо, - он зашевелился, подбирая под себя лапы. - Вот в общем-то и все, что я хотел сказать.
Тара тоже встала и шагнула в сторону выхода, но между ее носом и дверью выросла темная преграда.
- Думаешь, информация была бесплатной? - проговорил Хара, окончательно заслоняя проход.
- Чего ты хочешь?
- Тебя, - казал он, снова окинув ее взглядом, - Посмотреть, как вы чешуйчатые устроены.
- И все? - драконида подняла брови, состоящие из мелких щитков, - Да, вы батенька спалились. Рассказать барышне сказку, а потом потребовать плату, - она ядовито оскалилась, - Такую плату. В прочем...
Теперь ею руководило любопытство особого хищного рода.
- В прочем, - повторила драконида, - Мне тоже интересно как вы пернатые устроены.
Причина такого поведения ворхуна не была загадкой. Просто с некоторых пор у нее на спине появился изящный темный рисунок. Глядя на него в зеркало, драконида не находила ничего особенного, но действие на прочих было сногсшибательным. Стоило раскрыть крылья, большую часть времени закрывающие спину, у всех, у кого количество тестостерона хотя бы на несколько молекул превышало количество эстрогена, сносило крышу. Кираса почти скрывала его, но нижний край все же выглядывал.
В лапе Тары блеснуло лезвие, крутанув пару раз, она всадила нож косяк двери, благо он был деревянный, щербить кость как-то не хотелось:
- Люблю анатомию, - улыбнулась она. Второй нож вошел рядом.
Повернувшись спиной, она расстегнула застежки кирасы и стянула ее:
- Ты это хотел видеть?
Сзади раздался глухой стук, это сел на пол Хара.
- А ты думал, девушка будет сопротивляться? - теперь был виден весь узор. Она рывком расстегнула пряжку на поясе, тяжелая юбка упала к ногам. - Изучай, - сказала драконида, лениво поведя хвостом.
С трудом поднявшись, ворхун на нетвердых ногах пошел сзади, долго не решался прикоснуться, колдовской рисунок одновременно притягивал и внушал смутную тревогу, он что-то напоминал и был отталкивающе незнаком. Хара смотрел и смотрел на линии, выложенные мелкими чешуйками, пока не стало казаться, что они начали шевелиться. Чтобы прогнать наваждение он провел по нему сгибом крыла, но узор пошел зыбью, расползся. Сгиб крыла надавил на спину, заставив дракониду наклониться, наваждение отступило, но не исчезло - затаилось, ожидая подходящего момента.
- Ищи дальше, - послышался голос дракониды.
Он искал дальше. Ниже... Рисунок закончился, но чувство ирреальности не пропало. Что-то болезненно томило, что-то древнее, хтоническое, что можно сделать, не выныривая из гипнотической истомы.
И Хара сделал.
Когда ворхун упал на бок, словно груда тряпья, Тара сладко потянулась, в прочем, не без разочарования. И так было каждый раз, когда они видели узор. Вывод напрашивается сам - все самцы устроены одинаково. Попав под гипноз, они просто делали свое дело и отрубались. Как банально. Оставалось только одеться и выйти. Что драконида и сделала, предварительно выковыряв из косяка обе навахи.

- Что делала? - Гайара взирала на Тару сверху вниз и как всегда на ее морде нельзя было ничего прочитать.
Пока крылатая драконида была на корабле, к трапу уже прибыл наряд портовой стражи в составе двух сернобыков в устрашающих латах, набранных из узких дощечек чернильного дерева, которые перестукивались при каждом движении, издавая звуки наподобие ксилофона. Офицер же был наоборот только в легкой куртке серо-зеленого оттенка, того же цвета штанах и темно-каштановых сапогах, потомок моряков, прибывших в мир на белых крылатых кораблях, их привыкли называть эльфами. Пепельноволосый с льдисто-голубыми глазами и острыми, но изящными чертами лица, он не любил иметь дел со старшиной этого участка, может быть потому, что был таким же отставным воякой с неизвестным происхождением и возрастом. Может в прошлом они даже встречались и и ссорились, или просто оказали по разные стороны баррикад. Последняя Война была плохо освещена в хрониках, если что-то всплывало, то тут же опровергалось всплывшими следом фактами. Только очевидцы, что еще жили на этом свете, могли внести ясность, но не спешили. Почему-то...
- Я нашла владельца груза, - сказала Тара, косясь на эльфа.
- И где он? - изобразив на морде крайнее удивление, наклонилась в починенной, потом принюхалась, - Опять? - просила немного устало, - Ладно. Давай самое главное.
- Шайеннская кукла, - сказала Тара. Как хотели, самое главное, теперь переваривайте это главное.
- Так, все, - Железная Лапа разве что не закрыла лапой ей рот. – Остальное, позже, - и, наклонившись к самому уху, - Ты бы знала, как от тебя этим веет. Надеюсь, тебе это ничем не грозит... А теперь иди, собери туагу и водвори их на место. Здесь мы закончили. - Последние две фразы были произнесены уже на нормальной громкости.
Крылатая драконида мигом оказалась наверху трапа и была рада, неприятно быть под давлением мрачного взгляда эльфа, к тому же он стал цвета привидения, когда услыхал последнюю весть, там она остановилась, вложила в пасть два пальца и коротко свистнула. Через несколько минут, почти одновременно, появились все три туагу. С того инцидента они ни разу не подавали сигнал, то есть ничего интересного не находили. На всякие мелочи, коих было всегда море, звери научились не обращать внимание. То-то они разгулялись бы в маленькой комнатке внутри черепа кита. Но... *тут автор разводит руками*
- К провозу через наш порт куклы разрешены, - задумчиво проговорила Гайара, обращаясь к бледному офицеру, - Но никто не разрешал их распаковывать и использовать в пределах острова. Просто держите ушки на макушке.
Стражник сделал такое лицо, что сразу стало ясно, ни под каким предлогом он не станет обращаться за помощью ко всяким там чешуйчатым, даже если героически пасть при исполнении. Гайара только хмыкнула. На том они и расстались.
Нацепив туагу поводки, Тара отправилась обратно. Звери уже не тянули, бежали неспешной трусцой. Они бы конечно проработали бы не один такой корабль, но на сегодня корабли кончились, это разочарование. Госпожа Железная Лапа пошла рядом.
- Что думаешь? - наконец спросила она.
- Не знаю, - честно ответила крылатая драконида, - Что такое эти куклы я узнала только сегодня, - помолчав, добавила еще, - Хочу отпроситься в Архив... И еще, - извлекла из кармашка этот злополучный "поводок".
Но Гайара осмотрела игрушку, не прикасаясь:
- Поводок? Раз эта вещица попала к тебе, то пусть будет у тебя. Что-то из этого должно выйти. А с последствиями мы уж как-нибудь разберемся, - и подмигнула как-то особенно лукаво.
Пожав плечами, Тара сунула штучку обратно.
- Иди лучше в Архив, - махнула лапой Гайара и, свернув, растворилась в толпе.
Быстро, почти не глядя, Тара вернула туагу в их обитель и сразу полетела в Архив, большое приземистое здание с нескладными коренастыми колоннами на фасаде. Оно стояло здесь еще до Войны, до того как большая земля стала тысячами островов, а мир - рассыпался на обрывки реальности. Вросшее на два этажа в землю, здание все равно оставалось самым большим в городе. На его крыше вырос целый квартал из пестрых, намертво прилепившихся друг к другу, домиков. Там могли жить всякие мелкие существа. Большие окна Архива смотрели как всегда неприветливо, казалось, что на его стены никогда не падают лучи солнц, не смотря на радостные краски окружающего ландшафта.
Сразу у входа дракониду попросили сдать оружие, выдали кругленькую костяную бирку с номером и отравили в большой сумрачный зал с шеренгами стеллажей, утлыми столиками и стульчиками между ними. Народу как всегда было мало, а если кто и сидел, то имел вид убитый и заживо похороненный под кипами книг, свитков и прочих носителей. Оставаться тут отчаянно не хотелось, поэтому, получив стопку книжек, она отправилась на балкон. Проходивший над колоннадой, длинный балкон представлял из себя читальный зал под открытым небом. Никаких столов, щербатых стульев тут не было, только широкие перила и циновки по всему полу. Везде беспрепятственно гулял ветер, загибая лохматые края циновок. Кроме Тары там никого не оказалось, садись как хочешь, где хочешь, забирай сколько хочешь потрепанных соломенных ковриков, хоть пляши, никто слова не скажет. Выбрав угол, где ветра поменьше и хоть какая-то тень, натащила с дюжину циновок, сложила из них что-то наподобие гнезда, уселась, положила перед собой стопку книг и призадумалась - как всегда не знала с чего начать. Ну, и выдернула наугад, попались мифы и легенды: «Рассказы древних. Острова Шоссы." Устроившись поудобнее, драконида открыла оглавление.
Чтение на сложном старом языке быстро утомляло, и Тара быстро начала клевать носом, мужественно боролась с этим, но в итоге сдалась. Снилось что-то сумбурное, неразборчивое, с обрывками чужой логики и мыслей, как всегда бывает, когда засыпаешь днем в неприспособленном под это месте, но ничего тревожного в этом не было. Спи и спи себе, изучая чужие миры. Но не тут-то было, на глаза дракониде упала тень. Моментально проснувшись, дневной сон бывает весьма чутким, Тара еще некоторое время хлопала ресницами, пытаясь понять, является ли фигура перед ней частью сна или уже нет. Солнце светило из-за его головы, и разглядеть подробности было невозможно.
- Что вам угодно? - спросила она, прикрываясь ладонью от солнца.
Существо молчало и не шевелилось, но взгляд у него был тяжелый. Драконида физически ощущала его вес. Неожиданно его покачнулось и со всего маху хлопнулось на спину, плашмя, как манекен, со странным стуком, не свойственным живому телу. Тара в ужасе вскочила, уронив с колен книжку.
Нежданный гость лежал неподвижно, раскинув верхние конечности в черных высоких, выше локтя, перчатках, перехваченных в нескольких местах ремешками из толстой кожи, с тонкими серебристыми пряжками. Да, и весь он был черный, точнее обтянутый черной кожей: высокие ботинки, штаны, длинный плащ с пелериной, даже хвост был в специальном рукаве, только кисточка торчала. Лишь всклокоченная грива отливала старинным серебром. Ни лица, ни морды видно не было, это закрывала бархатная длинномордая маска с условными рожками и белой обводкой вокруг глаз. Напряженно вытянувшись, драконида попыталась заглянуть в глазницы, но так ничего и не разглядела. Повинуясь какому-то чувству, она потянулась к маске.
- Не надо этого делать, - прозвучал голос, бархатистый и спокойный, как будто специально созданный, для того чтобы успокаивать, однако слова звучали слегка просительно.
- Не хочешь, чтобы я видела твое лицо? - Тара села по-турецки в его изголовье, подперев лапой голову, смотрела, ей нравилась его грива.
- У меня нет лица, - спокойно ответил незнакомец, слегка повернув к ней голову.
Драконида вздрогнула, в прямом или переносном смысле "нет лица". Как это?
- Кто ты тогда?
- Я могу стать тем, кем ты захочешь меня видеть.
- Та самая кукла, - выдохнула драконида, - Что с тобой случилось? Кто тебя украл?
- Никто. Я сам ушел, - он отвернулся, неловко двигая конечностями, перевернулся на живот, - Я хотел быть свободным и забрал поводок. А теперь я твой раб... - если бы куклы могли плакать, он бы рыдал. Но это не так, поэтому даже тембр голоса не изменился.
- Мне не нужны рабы,- сказала драконида, - Я не знаю, что с ними делать.
- Убей меня. Я не хочу быть рабом, - он попытался ползти, но вместо этого обрушился на пол - Я слаб...
- И убивать я тебя не хочу, - задумчиво проговорила Тара, - Не терзайся.
Она привстала и обняла его за шею, зарывшись мордой в гриву. так они пролежали несколько минут.
- Может, я помочь тебе хочу, - пробормотала она, - Как мне тебя называть?
- Юл... Я бы хотел, чтобы меня называли Юл... Наверно я сейчас умру.
- Не надо. Я не хочу хоронить очередного знакомого.
- Меня не надо хоронить. Я игрушка.
- Наверно тебе страшно и одиноко в этом дурацком мире, где все так неправильно устроено.
- Я не чувствую ни страха, ни боли, ни холода, ни жара... ни твоего прикосновения...
- Но ты плачешь... А ты бы хотел все это почувствовать?
- Ты смеешься. Это невозможно, - собрав последние силы, он попытался вывернуться из ее объятий, но был слаб.
Тара расцепила лапы и снова села. Остро хотелось ему помочь.
- Хочешь еще пожить, - Тара не спросила, преподнесла это как данность, поднялась.
- Я не хочу жить как раньше.
- Ты не хочешь быть рабом, а я не хочу быть рабовладельцем. Мне кажется я знаю кто может мне помочь, - она наклонилась, подцепила его лапами подмышку и попыталась оторвать от земли. Получилось неважно. Юл оказался неожиданно тяжелым и жестким на ощупь, - Только тебе придется помочь мне, - проговорила драконида, готовясь повторить попытку, - Придется подняться.
Неожиданно легко, словно не валялся тут не способный пошевелиться, он поднялся, оказался наголову выше Тары и замер, мрачно над ней нависая. Но простоял он так не долго, снова опасно покачнулся. Драконида поднырнула к нему под лапу, подперла.
Не спеша, стараясь попадаться на глаза как можно меньшему количеству разумных и неразумных существ, они с горем пополам добрались до улицы Ломаных Весел, в ее верхней трети и стоял дом-лавка Арвы, уже был виден знакомый выгоревший навес. Но Тара решила не подходить с этой стороны. Чутье говорило, что там его не доищешься, поэтому она свернула на черновую улочку, куда выходили черные двери всех домов с этой и соседней улицы. Вокруг каждого крылечка был выделен небольшой квадратик мостовой, символичный дворик, заборы ставить было не принято, но каждый был вымощен камешками или плиткой своего уникального цвета.
Света здесь всегда было мало, лучи застревали на середине первого этажа и никогда не достигали земли. Благодаря постоянному полумраку кое-где из щелей торчали острые сизоватые стебли сумеречной травки. Толку от нее было мало, разве что ночью она начинала светиться призрачным бледно-голубым светом, а когда созревали в остистых колосках пушистые семена, они светлячками летали по воздуху. Порой целые рои таких пушинок носились по переулку, подгоняемые ночным ветерком, сбивались по углам в комки и медленно там затухали, превращаясь в обычный мусор.
Арва сидел на своем крылечке, курил тонкую бронзовую трубку с темными от времени деревянными накладками, чтобы не обжигало лапу, выпуская колечки зеленоватого дыма. По метрике его относили к драконидам от рода зеленых драконов, но принадлежал к восточному типу - лохматая, отливающая синим, грива вдоль всего хребта, крупная расписная чешуя, растущая внахлест и сухие по-птичьи лапы в щитках. Картину довершали рога, напоминающие по форме оленьи, длинные уши и две пары усов, которые он имел привычку закидывать за плечи. Приоткрыв один глаз с продолговатым вертикальным зрачком, драконид наблюдал за приближением парочки, производившей впечатление слегка подгулявшей.
- Опять ты тащишь в дом всякую гадость, - проговорил он, когда парочка поравнялась в ним.
Свалив свою ношу к ногам драконида, Тара размяла натруженные мышцы, особенно хотелось расправить помятые крылья.
- Что это? - спросил Арва, открывая, наконец, второй глаз. - Он живой?
- Это шайеннская кукла, - наблюдая как Юл, с трудом, переворачивается на живот, она встряхивала крыльями, чтобы расправились слипшиеся складочки, - Его зовут Юл.
- О! А это уже интересно, - драконид подался вперед, держа трубку на отлете, - Откуда у куклы имя?
- Он сам захотел, чтобы я его так называла.
- Какая прелесть, редкость, чудо, - Арва прямо-таки засветился от восторга, - Ошибка, которую почти невозможно совершить. Мастера наверняка ждет смерть, если его разоблачат, а цена такого экземпляра возрастет раз в десять.
- Ошибка... - повторил Юл сомнамбулическим тоном.
- А он еще и разговаривает! - радовался зеленый, - Ты знала?
- А как же еще я узнала его имя? - драконида присела на ступеньки дома напротив, благо расстояние между стенами противоположных домов было шагов в шесть.
- И что же ты еще узнала?
- Он хочет быть свободным.
- И все? Спер поводок и живи себе спокойно.
- Я его потерял... - похоже, Юл, после недолгого перерыва, снова начал терзаться.
- Ну, и дурак. Кто же такие ценные вещи теряет? Где его теперь искать?
- У меня в кармане, - сказала Тара, машинально схватившись за эту деталь одежды.
- Так это меняет дело, - драконид выпустил из пасти колечко дыма, - Отдай ему его сердце.
- Сердце?! - изумилась она, отстегивая клапан кармашка.
- Ну, то, что может с успехом его заменить.
Тара извлекла на свет изящный брелок, он повис на обрывке цепочки, гипнотически покачиваясь. Она хотела протянуть поводок Арве, но тот даже отшатнулся. Юл же протянул к нему дрожащую лапу.
- Не здесь, - неожиданно встрепенулся драконид, - В дом, - и одним движением взвалил куклу на плечо.
Задняя дверь вела прямо в комнату, которая использовалась как кладовая или чулан для всякого рода хлама. Нагромождения вещей местами достигали потолка, но выкинуть это все было решительно невозможно. Пару раз хозяева пытались устроить генеральную чистку, но то, что было выкинуто, оказывалось вскоре самым нужным из всего на свете. После пары сеансов копания в помойке пришлось смириться с кучами вещей, ждущих своего часа. Войдя в эту комнату, Арва свалил свою ношу на свободный пятачок пола, присел на подвернувшийся мешок, посасывая трубку. Он слышал о таких случаях, но никогда не сталкивался с этим сам. Сложное ювелирное дело, где ничего нельзя знать наверняка. На сколько знал драконид, последний раз освободить куклу пытались очень давно, и закончилось все плохо, просто всех нашли разорванными на части и куклу в том числе. Нужна была минутка, чтобы набраться духу.

@музыка: Сплин

@настроение: странное

@темы: Остров Дерева, Сказки, Творячество

21:51 

Шиза.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Проглядывают симптомы шизофрении.

@темы: Творячество, Фури

19:42 

В продолжении темы.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Рисование в таком стиле оказалось на редкость увлекательным занятием.

@музыка: Сплин

@настроение: приличное

@темы: Творячество, Фури

18:00 

Разного рода мысли.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.

@музыка: никакой

@настроение: странное

@темы: Остров Дерева, Творячество, психодел

23:26 

Новое.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
20:58 

Новогодние коровки/бычки.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
">
">

@музыка: телик шумит

@настроение: на взлете

@темы: Творячество, Фури

19:04 

Про меня и время.

Я отвергаю вашу реальность и заменяю её своей. Демон хрени.
Если я не пишу, это не значит что меня нет.
Просто времени нет.
Занимаюсь вот этим www.furrynews.spb.ru/index.php?pg=4&mz=2

@темы: Furry News, Творячество, Фури, журнал

Терновые кущи

главная